School of Education, Bar-Ilan University

|   ÷≈Õ“– ËÏ. À” ÿ“≈…Õ¿   Œ√À¿¬À≈Õ»≈  Õ»√»   |   “»“”À‹Õ€… À»—“   |


IV. Группы и политические интересы

Как и в других странах Запада, израильская политическая система испытывает влияние многочисленных факторов, формально не принадлежащих к политическому миру. Некоторые из них представлены общественными структурами, некоторые - сложившимися в обществе группами.

Об общинном факторе мы уже говорили в главе "Запад-Восток" раздела "Координаты политической дисперсии в Израиле". Рассмотрим другие, в той или иной степени существенные.
 
 

IV.1. Национальные меньшинства




IV.1.1. Арабы-мусульмане

Согласно отчёт статистического бюро Израиля, 20% израильтянин не являются евреями и не относят себя к таковым. Из этих израильтян-неевреев три четверти являются арабами-мусульманами (около 900 тысяч человек), в основном суннитами.

После провозглашения Государства Израиль и Войны за Независимость арабское население страны оказалось перед хорошо знакомой евреям в других странах проблемой "двойной лояльности". Ввиду фактического продолжения военного положения для управления на основной территории проживания арабов, во многочисленных городках и деревнях (за исключением арабов, проживавших в таких городах со смешанным населением, как Хайфа), был введён "Мемшал Цваи", т. е. режим военного правления. Юридическим основанием для такого режима были британские законы о чрезвычайном положении, включавшие 5 поправок, дававших особые права силам безопасности (армии и полиции) для сохранения порядка, включая превентивные и домашние аресты, объявления о закрытии района по военным соображениям и др. "Мемшал Цваи" не вмешивался во внутреннюю политическую, экономическую, религиозную, общинную и культурную жизнь и был упразднён в 1966 г.

Шестидневная война 1967 г. вновь поставила израильских арабов перед дилеммой выбора симпатий в арабо-израильском конфликте - как арабов и как израильтян. Тем самым вектор общественно-политической активности арабского сектора стал определяться как результирующая двух усилий: в сторону достижения равноправия в Израиле и в сторону поисков самоидентификации. Поэтому парадоксальным образом именно достижение равноправия ослабляло значимость первой компоненты - и, соответственно, усиливало значимость второй, повышая роль националистических тенденций среди арабских политиков в Израиле.

В течение первой четверти столетия после провозглашения Израиля электоральная сила арабского сектора делилась между коммунистами (МАКИ, где арабские избиратели составляли подавляющее большинство) и многочисленными списками меньшинств, ассоциированных с МАПАЙ (впоследствии с "Аводой"). Списки эти получали обычно около 4-5 мандатов в Кнессете, но затем это количество начало падать: 3 мандата - на выборах 1969 и 1973 гг., и только 1 мандат - на выборах 1977 г. Существенным поворотным пунктом в общественно-политическом сознании израильских арабов, приведшим к перераспределению арабского электората на выборах, послужили трагические события "Дня Земли" 30.3.76, когда в Нацерете (а затем и в других арабских городах и деревнях) началась демонстрация против проводимого правительством И. Рабина отчуждения участков земли на нужды развития Галилеи; демонстрация приняла насильственный характер, после чего вмешались армия и полиция, и шестеро человек были убиты.

Прежде значительное число арабских голосов подавались на выборах за "Аводу", МАПАМ, МАФДАЛ и даже "Ликуд", однако эти голоса не приводили к появлению депутатов - арабов от этих партий. Первым, после долгого перерыва, арабским депутатом от общеизраильской партии стал в 1977 г. Валид Хадж-Йехи Цадек (ШЕЛИ), впоследствии (в 1992 г.) избранный в Кнессет от партии РАЦ по списку "Мерец". На следующих, 1981 г., выборах таковым стал Хамед Хлаила ("Авода"), а в 1984 г. - Мухаммад Миари, стоявший во главе списка "Решима Миткадемет ле-Шалом" ("Прогрессивное движение за мир").

Появление последней партии ознаменовало изменение и внутренней политической ситуации на арабской улице, так как прервало на ней вялотекущую гегемонию компартии. В эту борьбу через 4 года вступила и третья сила - МАДА ("Мифлага Демократит Аравит" - "Арабская Демократическая Партия") под руководством Абд Эль-Вахаба Дарауше, избранного в Кнессет в 1988 г. от "Аводы", но демонстративно вышедшего из неё в начале интифады, а через год на муниципальных выборах обозначилась четвёртая сила, уже не пользующаяся европейскими ярлыками "прогрессивный", "демократический", "социалистический" и т. д., а назвавшая себя предельно ясно: "Исламское движение". Движение это "с первого захода" победило и привело своих кандидатов в мэры 5 городов, в т. ч. в крупнейшем арабском городе - Ум-Эль-Фахм.

На выборах 1992 г. в Кнессет 52% арабских избирателей ещё голосовали за "сионистские партии". Однако начиная с 1996 г. "Исламское движение" вступило в большую игру, образовав вместе с МАДА "Объединённый арабский список" (РАМ), получивший на выборах 1996 и 1999 гг. соответственно 4 и 5 мандатов (впрочем, частично за счёт снижения представительства коммунистов до 3 мандатов в 1999 г.) В довершение к этому на выборы 1999 г. вышел и получил 2 мандата новый список - БАЛАД ("Брит Леумит Демократит", "Демократический Национальный Союз"), по сравнению с которым претензии и "исламского движения", и коммунистов выглядели умеренными. В интервью газете "Га-Арец" лидер списка, Азми Бшара, сказал, что "еврейского народа вообще не существует" и что поэтому "существование Израиля как еврейского государства недопустимо", а поэтому следует "изменить гимн, флаг и герб страны так, чтобы они представляли всех жителей", предварительно "разрешив возвращение в страну всех палестинских арабов". Всё это говорилось без тени улыбки, с чётким пониманием того, что демократия обязана и не такое стерпеть и что чем более резкими будут высказывания, тем больше голосов они принесут (кстати, на тех же выборах А. Бшара выставил свою кандидатуру на пост премьер-министра, но за день до выборов снял её в пользу Э. Барака). Вторым номером его списка был Ахмед Тиби, с 1984 г. - официальный советник Я. Арафата (напомним, что в те годы контакты с ООП были запрещены израильским законом). Во главе самого Объединённого арабского списка (РАМ), самого большого из участвовавших в выборах, стоял Абд-Альмалек Дахамше, ранее осуждённый за участие в террористическом акте. В этой обстановке и другие депутаты-арабы борются за голоса избирателей в том же русле: так, например, Хашем Махмид (Компартия, впоследствии РАМ) на митинге в Газе призвал "бороться с оккупацией всеми средствами, а средства борьбы - это не только камень, но и винтовка", Мухаммад Бараке (Компартия) заявил, что "поддерживает интифаду всеми средствами", а Талеб а-Сана (РАМ) предложил присудить Премию Израиля лидерам "Хизбаллы".

За этим хором практически неразличимы арабские голоса, ведущие борьбу за интеграцию арабов в Израиле без утраты национальной самобытности. Робкие попытки создания такой партии пока не увенчались успехом.

Сегодня 10 мусульман являются членами Кнессета, в том числе одна депутатка: Хусния Джабара ("Мерец"). На муниципальном уровне борьба в основном ведётся между Компартией и Исламским движением (во главе которого стоит шейх Ибрагим Царцур), причём последнее постепенно превращается в доминирующее - хотя во главе комитета глав арабских муниципалитетов ("Ваад рашей решуйот аравийот") по-прежнему стоит коммунист Ибрагим Нимар Хасейн, мэр города Шфаръам. Этот комитет, созданный в 1976 г., является наиболее представительным общественным форумом арабского населения в Израиле. Другим форумом, носящим более политический характер, является Верховная Наблюдательная Комиссия ("Ваадат а-маакав а-эльйона"), созданная в 1982 г., в составе которой - арабские мэры, депутатов Кнессета и профсоюзные лидеры; председатель - Махмуд Зиад.

Из внепарламентских (и внемуниципальных) общественно-политических достижений следует отметить избрание судьи Абдуррахмана Аз-Зуаби в члены Верховного Суда Израиля.
 

IV.1.2. Другие

В подавляющем большинстве прочие израильские меньшинства (около четверти всего нееврейского населения страны) так или иначе связаны с арабами как нацией: или религиозно, или этнически, илипоязыку. Тем не менее их положение в обществе существенно отличается от арабов-мусульман - прежде всего ввиду того, что последние не служат в армии. Несмотря на немногочисленность этих групп, отметим среди них следующие:

  • Бедуины говорят по-арабски и являются мусульманами (при численность в 60 тысяч человек они составляют примерно 8% от численности мусульман, или 1% от общего населения Израиля), однако многие из них служат в ЦАХАЛе и они рассматривают себя как отдельную общину и даже как отдельную этническую группу, так как ведут кочевой образ жизни. Основная проблема в отношениях бедуинов с Государством - территориальная: при строительстве шоссе, домов и т. п. бедуины придерживаются точки зрения, трудносовместимой с нуждами государственного планирования.
  • На выборах в Кнессет 1973 г. бедуинский список (связанный с партией "Авода") неожиданно прошёл электоральный барьер и получил 1 мандат (за список голосовали также некоторые арабские крестьяне, не являющиеся бедуинами). В сегодняшнем Кнессете есть один бедуин - Талеб а-Сана (РАМ), один из самых левоэкстремистских депутатов.
  • Арабы-христиане - их число оценивается несколько более чем в 100 тысяч человек (более точную оценку провести трудно, т. к. в израильской статистике нет учёта по национальностям, а только по вероисповеданию; общее число христиан сегодня в Израиле - 150 тысяч, но трудно сказать, сколько из них приходятся на выходцев из СНГ), то есть около 2% всего населения Израиля и 13% - нееврейского. Главными центрами их проживания являются сегодня Нацерет (Назарет в русском произношении) и некоторые деревни в Галилее, а также Яфо и Лод - в центре страны.
  • Несмотря на свою малочисленность ("меньшинство в меньшинстве", т. е. христианское меньшинство внутри арабского меньшинства в Израиле), арабы-христиане изначально рассматривали себя как отдельную политическую силу в стране, не идентифицируя себя с арабами-мусульманами. Собственно, численность эта выглядела не столь уж и малой, так как на момент создания Израиля отношение христиан и мусульман было примерно 1:3. Однако со временем демографические процессы сделали своё, и сейчас эта пропорция среди арабского населения достигла примерно 1:7. Определённые надежды появились у арабов-христиан после Шестидневной войны, т. к. два ближайших к Иерусалиму города (Рамалла и Бейт-Лехем), а также их окрестности, были почти целиком христианскими, что в случае присоединения этих районов к Израилю изменило бы демографическую ситуацию на арабской улице. Однако, как известно, Израиль не распространил свою юрисдикцию ни на Бейт-Лехем, ни на Рамаллу, а со временем демографическая динамика и здесь сделала своё: сегодня мусульмане составляют большинство не только в Нацерете, но и в Бейт-Лехеме, а Рамалла превратилась в почти чисто мусульманский город.

    На выборах в Кнессет 1-го созыва многие из них поддержали "свою" партию - "демократический список Нацерета", связанную с МАПАЙ (2 мандата), но в дальнейшем их голоса были рассеяны. В 1951 г. впервые в Кнессет был избран араб-христианин от общеизраильской партии - Рустам Бастуни (МАПАМ), но в дальнейшем этот прецедент надолго не получил развития.

    Сегодня в обеих крупных партиях - "Авода" и "Ликуд" существуют компактные группы "своих" арабов-христиан (в несколько тысяч членов партии). Парадоксальным образом наибольшее влияние оказали арабы-христиане в... Коммунистической партии (такое странное сочетание объясняется, по-видимому, тем, что многие из образованных христиан учились в ВУЗах СССР), в рамках списка которой им было в течение длительного периода обеспечено постоянное представительство в Кнессете; христианин Рамиз Джарайси возглавил список компартии и стал мэром Назарета (несмотря на мусульманское большинство в городе). В сегодняшнем правительстве Э. Барака араб-христианин Ноаф Масалха ("Авода") - заместитель министра иностранных дел.

  • Друзы - древний народ, исповедующий свою монотеистическую веру, подробности которой окутаны тайной и не открываются чужим (известно лишь, что главным пророком друзской религии считается появляющийся в Библии Итро, тесть Моисея, и что эта религия близка к другим монотеистическим). Одним из принципов друзов является верность стране проживания, так что израильские друзы являются патриотами Израиля (как сирийские - Сирии); существует даже "Федерация друзов-сионистов"; обязательная служба в армии распространяется на них так же, как и на евреев, и многие из них достигли высоких чинов в ЦАХАЛе. С 1987 г. все друзские деревни получили статус, эквивалентный статусу "города развития" (подробнее о "городах развития" мы будем говорить в параграфе "Социально слабое население" следующей главы). Численность израильских друзов - около 100 тысяч человек.
  • Поскольку друзы говорят по-арабски и называют себя арабскими именами, со стороны арабских националистических кругов неоднократно предпринимались попытки пробудить в них чувство арабской солидарности, включая создание проарабской "Инициативной друзской комиссии", однако особых успехов эти попытки не принесли.

    До 70-х гг. друзы, ввиду своей малочисленности, не предпринимали независимых политических инициатив, участвуя в общих списках национальных меньшинств, поддерживающих МАПАЙ (по этим спискам за четверть века в общей сложности были избрано в Кнессет трое друзов). Первым друзским депутатом от общеизраильской партии стал Амаль Насралладин ("Ликуд"), а затем - Шахед Магам (ДАШ). Высшим политическим достижением друзской общины стал Салах Тариф ("Авода"), бывший в 1992-96 гг. заместителем председателя Кнессета (сегодня - председатель парламентской комиссии по внутренним вопросам Кнессета). Другой друз, Айюб Кара, является депутатом Кнессета от "Ликуда".

  • Черкесы (около 3500 человек) - под этим собирательным термином в Израиле называются мусульмане, но не арабы, потомки переселившихся в Эрец-Исраэль после завоевания Кавказа в 1864 г. Проходят обязательную военную службу. Единственным "проблемным" случаем в их истории является арест лейтенанта Изата Нафсу, арестованного в 1980 г. по обвинению в измене и других тяжёлых преступлениях и приговорённого к 18 годам тюремного заключению В 1987 г. апелляционный суд счёл большинство пунктов обвинения недоказанными, и освободил Нафсу из заключения (так как срок заключения по остальным пунктам истёк).
  • Шомроним (самаритяне) насчитывают около 500 человек и утверждают, что являются потомками древних еврейских племён. Религия их близка к еврейской, язык - арабский; на самаритян распространяется закон о возвращении. Примерно половина их живёт в Холоне, половина - в Шомроне, на священной для них горе Гризим, а точнее - в квартале Кирьят-Луза арабского города Шхем. С началом процесса Осло шхемские самаритяне потребовали, чтобы на Кирьят-Луза распространился статус израильского поселения в ЙЕША, однако израильское правительство посчитало, что такой шаг породит дополнительный ненужный конфликт. На выборах 1996 г. Верховный священник самаритян поддержал Б. Нетаньягу и "Ликуд".
  •  

    IV.2. Социальные группы


    IV.2.1. Женщины

    Несмотря на существующее в Израиле не только декларированное, но и осуществляемое равенство полов, а также на то, что Израиль принадлежит к тем немногим странам в мире, где премьер-министром была женщина - Голда Меир в 1969-73 гг. - в израильской политике несомненно присутствует "женская тема". У этой темы есть несомненное электоральное обоснование: в нынешнем Кнессете, например, только 14 депутатов-женщин (из 120). Это - рекордное число; до сих оно колебалось между 7 (избраны в 1988 г.) и 12 (в 1955 г.) депутатками; ввиду незначительности отклонений вряд ли это рекорд означает тенденцию, а не случайную флуктуацию. Столь незначительное представительство не может быть объяснено даже тем, что депутатов-женщин "по определению" нет в харедимных партиях или, например, в "Объединённом арабском списке" - даже за их вычетом доля женщин в Кнессете, мягко говоря, далека от 50% (эти показатели примерно идентичны тем, которые можно видеть в парламентах других стран, за исключением скандинавских и некоторых других).

    Частичное объяснение этому поразительному расхождению с равноправием женщин можно найти в том значении, которое придаётся в Израиле военной карьере (так как женщин - боевых генералов в ЦАХАЛе пока не наблюдалось). Однако то же самое влияние, которое оказывает на все стороны жизни в стране сложная внешнеполитическая обстановка и, как её следствие, всеобщая воинская обязанность, имеет и обратный эффект. В Израиле рядовой является ситуация, когда израильтянка средних лет является одновременно и женой военнослужащего, призываемого ежегодные на военные сборы, и матерью солдат действительной службы, и при этом сама проходила в той или иной форме военную службу. Поэтому общественно-политические женские организации (о которых мы будем говорить ниже, в следующей главе) в своей пропаганде используют дополнительный психологический эффект, так как могут говорить эмоционально, не рискуя выглядеть патетически (советское "как мать и как женщина" звучит здесь вовсе не анекдотично). Яркой иллюстрацией вышесказанному является деятельность организации "Арба имагот" ("Четыре матери"), в течение долгих лет боровшихся за вывод израильских войск из Ливана и сыгравшей в этом (правда, с существенной помощью СМИ) ведущую роль в израильском обществе.

    В этом контексте неудивительно, что в Израиле нет классического западного феминизма, - за исключением требования предоставления женщинам равноправия при наборе в боевые части.

    Вернёмся к представительству женщин в израильской политике. В правительстве Э. Барака два министра - женщины: Далия Ицик ("Исраэль Ахат") - министр окружающей среды и Юлия Тамир ("Исраэль Ахат") - министр абсорбции. Что касается оппозиции, то в "Ликуде"одним из признанных лидеров партии (и возможным претендентом на первое место) является Лимор Ливнат, а Наоми Блюменталь - председатель парламентской комиссии по алие и абсорбции. С 1992 г. в Кнессете действует постоянная комиссия по положению женщины в обществе. В Кнессете 15-го созыва её председатель - Яэль Даян ("Исраэль Ахат").

    Если же обратиться к муниципальной политике, то и здесь сохраняется та же пропорция: среди членов муниципалитетов женщины составляют около 12-13%; этот процент медленно, но верно растёт. После муниципальных выборов 1998 г. впервые две женщины стали мэрами крупных городов: Мирьям Файерберг ("Ликуд", Нетания) и Яэль Герман ("Мерец", Герцлия); упомянем также Даниэлу Вайс (беспартийный кандидат), избранную председателем маленького, но очень влиятельного в ЙЕША муниципалитета Кдумим.

    Из других высоких постов отметим Государственного прокурора Эдну Арбель и предыдущего Государственного контролёра Мирьям Бен-Порат.

    За последние годы дважды (в 1977 и 1992 гг.) в выборах в Кнессет участвовали "женские" списки, но оба раза они не прошли электоральный барьер.

    Главными общественными (не политическими!) женскими организациями в Израиле являются:

  • ВИЦО (английская аббревиатура WIZO - Women International Zionist Organization, "Всемирная Женская Сионистская Организация") основана в 1920 г.; занималась изначально профессиональным обучением среди женщин и социальной помощью, за рубежом - сионистской деятельностью среди женщин. Сегодня в ВИЦО 52 отделения (вне Израиля), в работе которых участвуют 250 тысяч женщин. Основная работа организации в Израиле посвящена социальной сфере и укреплению положения женщины в обществе. Президент ВИЦО - Михаль Модаи, председатель израильского отделения - Тельма Нери.
  • После создании Государства Израиль ВИЦО пыталась играть и политическую роль: на выборах в Кнессет 1-го созыва организация участвовала как отдельный список, получила один мандат, и её председатель, Рахель Коген-Каган, была избрана в Кнессет. После этого попытка не была повторена, однако через 12 лет Р. Коген-Каган была вновь избрана в Кнессет, на этот раз - от Либеральной партии. Ввиду исторических связей ВИЦО считается организацией, ориентированной правоцентристски; большинство ей руководства происходит из бывшего либерального истеблишмента (в частности, сегодняшний председатель - вдова Ицхака Модаи, бывшего лидера либералов и министра финансов в правительстве "Ликуда"). Однако в целом из трёх крупных женских организаций Израиля ВИЦО - наименее политизированная и наименее политически ангажированная.
  • "Наамат" (аббревиатура "Нашим Овдот у-Митнадвот", т. е. "Работающие женщины и добровольные помощницы") основана в 1921 г. и с момента основания прямо связано с профсоюзным объединением "Гистадрут": организация действует на базе городских рабочих советов, то есть местных отделений "Гистадрута"; даже выборы в "Наамат" проводятся как часть общей избирательной кампании "Гистадрута"). Руководство в организации всегда принадлежало партии "Авода" (в прошлом - "Маарах", МАПАЙ); к той же партии относится и сегодняшний её председатель Офра Фридман. Многие руководительницы "Наамат" были членами Кнессета от "Аводы"; и наоборот, большинство видных деятельниц партии "Авода" (в т. ч. - Голда Меир) в начале своей карьеры занимали видные посты в "Наамат".
  • Формально утверждается, что в организации 350 тысяч членов; речь, видимо, идёт о женщинах - членов "Гистадрута", обладающих правом голоса на выборах. Основная деятельность носит социальный и профсоюзный характер (защита прав трудящихся женщин и т. п.); как особый проект упомянем тесное сотрудничество с Раввинатом Израиля в помощи выяснению статуса разведённых женщин и т. д.

    Международная деятельность "Наамат" проводится в 13 зарубежных отделениях, чья общая численность - около 100 тысяч человек.

  • "Эмуна" ("Вера") - организация, связанная с национально-религиозным движением "Мизрахи"; основана как часть национально-религиозного сионизма в 1935 г. "Эмуна" также организует социальную помощь и борется за повышение статуса женщины в обществе, но главное направление работы организации связано с образованием; среди образовательных проектов отметим прежде всего широкую сеть детских садов (в 60 населённых пунктах Израиля) и систем "продлённого дня". Другой проект - "Амация" - занимается усыновлением (и удочерением) в Израиле детей-сирот из-за границы.
  • В 1977 г. "Эмуна" стала международной организацией, действующих вне Израиля в 32 отделениях; президент Всемирной "Эмуны" - Сара Герцог.

    В идеологическом (да и организационном) плане "Эмуна" тесно связано с МАФДАЛом, членом Кнессета от которой была в 70-е гг. Сара Штерн-Катан, председательствовавшая в "Эмуне" в те же годы. На выборах 1988 и 92 гг. председатель организации Йегудит Хибнер (бывший посол Израиля в Норвегии) участвовала в предвыборном списке партии, но в Кнессет не прошла. В 1999 г. на внутренних выборах МАФДАЛ неудачно участвовала нынешний председатель "Эмуны" Рахель Сливецки.

    Среди арабского населения Израиля не существует значительного женского общественного движения. Единственное политическое достижение этого сектора - Хусния Джабара, избранная в Кнессет по списку МЕРЕЦ в 1999 г.

    Среди женщин - выходцев из СНГ как доббившихся наиболее значительные успехов отметим Ларису Герштейн, заместителя мэра Иерусалима, и Марину Солодкину, члена Кнессета с 1996 г. и в течение почти года (после выборов 1999 г.) - заместителя министра абсорбции.
     

    IV.2.2. Сексуальные меньшинства

    Как и в других странах Запада, гомосексуализм не считается в Израиле уголовным или иным преступлением (хотя, несомненно, противоречит еврейской религиозным нормам) и не преследуется законом. Немногочисленные вспышки общественно-политической активности сексуальных меньшинств были связаны в основном с требованиями придания официального статуса однополым парам (в том числе дошедшими до апелляции в Верховный Суд), либо с положением гомосексуалов и лесбиянок в армии, либо с демонстрацией гордости за успех "своих" (наиболее яркий пример - 1-ое место на конкурсе "Евровидение", полученное представителем Израиля певцом/певицей - трансвеститом Д. Интернешнл). Эти вспышки никогда не имели организованного политического направления.

    Единственным исключением являются неудачные попытки проф. У. Эвена избраться в Кнессет по списку "Мерец" в 1996 г. и в 1999 г.
     

    IV.2.3. Социально слабое население

    Понятие "слабые слои населения" в Израиле неоднородно, как и в других странах. Можно отметить несколько факторов, определяющих принадлежность к этим слоям; традиционно главный из них - географический. Здесь зачастую используются два термина: "айарот питаух" и "шхунот".

    "Айарот питаух" (в е. ч. "айарат питаух") - буквально "городки развития". Термин этот появился в 50-е гг., когда Израиль абсорбировал волны новой алии. Правительство Д. Бен-Гуриона проводило политику рассредоточения населения страны, к тому времени чрезмерно концентрировавшегося в Тель-Авиве, Иерусалиме и Хайфе. В результате (и в соответствии с планом этой политики) на карте Израиля в течение нескольких лет появилось много населённых пунктов - абсолютно новых или основанных на микроскопической базе. Общим для них являлось практически полное отсутствие инфраструктуры - и таковую создавали "по дороге" в надежде, что должное внимание со стороны правительства вдохнёт жизнь в эти городки. Это был по-социалистически задуманный плановый грандиозный (учитывая размеры Израиля, культурную неоднородность и разноязыкость новоприбывших израильтян и т. д.) эксперимент, главными районами проведения которого были юг страны, Галилея и некоторые другие. Понятие "город развития" получило особый привкус, означавший многое; в первую очередь - двусмысленность социально-экономической ситуации: с одной стороны, правительство Израиля хотело, чтобы города развития действительно развивались в направление "нормальности"; с другой стороны, это было невозможно сделать без создания государственных или профсоюзных предприятий, защищённых от капризов стихии рынка и поэтому способных гарантировать постоянные рабочие места для жителей айарот питаух, без продолжения поддержки этих предприятий, а также без постоянной повышенной дотации всей местной социально-экономической инфраструктуры.

    Каковы же результаты этого эксперимента? Некоторые бывшие города развития - например, Герцлия или Ашдод - действительно развились и превратились в "нормальные" благоустроенные города Израиля с собственной экономической базой, престижными кварталами и т. д. Иная ситуация сложилась в большинстве городов развития, прежде всего - на юге Израиля, в силу удалённости (по израильским понятиям) от центра страны, географической изолированности, малочисленности альтернатив при выборе места работы и т. д. На практике это привело к конфликту между желанием развивать города развития прежде всего демографически, т. е. путём естественного притока населения, и фактом постоянного оттока из них более инициативной части населения, искавшей применение своим способностям вне родного города. Спустя 40 лет Йерухам, Нетивот и Мицпе-Рамот из географических названий превратились в понятия социальные: города развития во втором (или даже третьем) поколении с высоким процентом безработицы, где трудозанятость населения базируется на нескольких нерентабельных предприятиях, держащихся на государственной дотации (а закрытие оных приведёт к ещё большему повышению уровня безработицы), невысоким уровнем школьного образования и т. д.

    Термин "шхунот" ("кварталы") является стыдливым сокращением полного термина "шхунот они" ("кварталы бедности") и первоначально относился к южным кварталам Тель-Авива, примыкавшим к старому порту Яфо, - в противоположность новым престижным кварталам на севере города. В дальнейшем термин распространился и на непрестижные пригороды Тель-Авива (хотя и затруднительно точно определить его границу).

    В 1977 г. айарот питаух и шхунот массово поддержали "Ликуд" и внесли серьёзнейший вклад в победу последнего на выборах. "Ликуд" и сегодня остаётся в них наиболее популярной партией, однако сегодняшняя ситуация перестала быть столь изотропной. Дело в том, что хотя политика либерализации экономики, проводимая "Ликудом", действительно привела к существенным положительным социальным изменениям в среде "Второго Израиля", - остались те, кто не смог воспользоваться плодами этой либерализации, чьё положение не улучшилось от внедрения свободного рынка на ашкелонском базаре. К хору "географически слабых" присоединились и голоса других социально слабых израильтян, общим для которых было ощущение, что классические партии не понимают проблем "простого человека" и что решения собственных проблем можно добиваться и в других политических руслах. На это свободный рынок устремились и "Авода", и "Мерец", однако особо надо отметить три силы, с успехом действующие сегодня среди этого населения:

  • Партия ШАС, действуя близко к модели стратегии "Ликуда" середины 70-х гг., проводит огромную работу среди традиционно "ликудовских" избирателей (при раздельных выборах Кнессета и премьер-министра эти избиратели, голосуя в 1999 г. за ШАС и Нетаньягу, не считали себя изменившими своему прежнему голосованию). Эта работа принесла успех и в южных городах развития, и в бедных районах Тель-Авива и его пригородов. Парадоксально, но именно ШАС сегодня стала самой социальной партией Израиля и главным защитником униженных и оскорблённых.
  • Руководство "Гистадрута" постоянно и внимательно следит за ситуацией в городах развития, организуя демонстрации при каждой попытке закрыть или продать нерентабельное предприятие. Это принесло нынешнему председателю "Гистадрута", Амиру Перецу, известный политический капитал, однако его попытка использовать этот капитал в политической плоскости вряд ли может быть названа успешной: возглавленная им партия "Ам Эхад" получила всего два мандата на выборах 1999 г. и вряд ли сохранится в будущем.
  • Ввиду очевидных причин (возрастной состав, необходимость переквалификации и др.) массовая алия из СНГ в 90-е гг., в целом поразительно преуспев в Израиле, создала и новую массовую добавку к понятию "социальный случай" - в лице тех репатриантов, которые в течение нескольких не смогли устроиться на квалифицированную работу или по другим причинам оказались в сложном социально-экономическом положении. Положение их усложнялось тем, что они сильно отличались от "классических социальных случаев", что породило определённые стереотипы как в СМИ, так и в части израильского истеблишмента - в частности, печально памятны репатриантам высказывания министра труда и социального обеспечения в правительстве И. Рабина и Ш. Переса (1992096 гг.) Оры Намир ("Авода"), представившие алию как один большой социальный случай (это стоило О. Намир карьеры: партийное руководство убедило её выйти из предвыборного списка в Кнессет и отправиться послом в Китай). Партия ИБА пытается с переменным успехом представлять интересы "социальных случаев в алие" (поскольку ИБА более популярна, чем НДИ, среди, например, репатриантов старшего поколения).

  • IV.2.4. Поселенцы

    Израильтяне, живущий на территории ЙЕША (т. е., напомним, в Иудее, Шомроне и Газе) не являлись изначально социальной группой, но фактически превратились в таковую с течением времени ввиду двух факторов: арабского террора снаружи - и атаки левонастроенных СМИ изнутри; оба фактора потребовали выработки общих, специфических для жителей ЙЕША, методов борьбы с опасностью, а параллельно с этим - и внешних признаков социальной группы (от отношения к учёбе детей до стиля одежды). Постепенно стал использоваться термин "поселенцы" (на иврите "митнахалим", буквально "колонисты"), обозначавший жителей ЙЕША (но не Голанских высот) как специфическую социальную (а не только географическую) группу. Соответственно и политическое лобби, отстаивающее интересы этой социальной группы, появилось не сразу. В середине 70-х, когда поселенцев поддерживали два сильных человека в правительстве И. Рабина - министр обороны Ш. Перес и министр иностранных дел И. Алон, поселенцы воспринимались общенациональным внепартийным консенсусом как пионеры-первопроходцы, и идея создания собственного политического лобби поселенцев выглядела надуманной.

    Сдвиг партии "Авода" влево, мирный договор в Кэмп-Дэвиде и разрушение Ямита перечеркнули эту концепцию. На смену ей пришли два противоположных подхода: один гласил, что надо влиять на партии правой и центристской ориентации, а конкретнее - "Ликуд" и МАФДАЛ; второй - что необходимо создавать свою партию. Этот второй подход привёл к созданию партии "Тхия", которую, правда, нельзя было назвать поселенческой хотя бы потому, что большинство её депутатов в Кнессете не проживали в ЙЕША, однако в её руководстве были Ханан Порат (Кфар-Эцион), р. Элиэзер Вальдман (Кирьят-Арба), Бени Кацовер (Кдумим) и другие. В 80-е гг. партия в основном выполнила свою задачу, т. к. была главным двигателем поселенческой идеи в правительстве "Ликуда" 1981-84 гг., но после выборов 1992 г. перестала существовать.

    Отметим, кстати, что выборы 1992 г. породили в политических лидерах поселенцев (и в правом лагере вообще) "синдром распыления голосов". Дело в том, что на этих выборах электоральный барьер не прошли 5 (!) правых списков, что привело к парадоксальному результату: несмотря на то, что за правых было подано больше голосов, - выборы они проиграли. При этом партия "Тхия" недобрала до электорального барьера несколько сот голосов, найти которые было исключительно просто: непосредственно перед выборами "чисто поселенческая" партия под руководством р. М. Левингера, не имея никаких шансов, фанатично вела свою кампанию до логически закономерного финала: около трёх тысяч поданных за неё голосов (что, разумеется, не привело М. Левингера в Кнессет, но зато остановило "Тхию"); более того, если бы "Моледет" и "Тхия" объединились, на чём настаивали активисты обеих партий, то получили бы четыре мандата. В правом лагере многие обвиняли тогда именно поселенческое лобби в пагубном сепаратизме. Травма эта не забыта, и маловероятно, чтобы кто-нибудь попытался повторить этот опыт в обозримом будущем.

    Что же касается лоббирования в правых и центристских партиях, то здесь ситуация выглядела парадоксальной: поселенцев нет и не было ни среди депутатов от "Ликуда" (самой популярной в ЙЕША партии на выборах в Кнессет), ни от "Цомет", ни "Херут" (выборов 1999 г.); от партии "Моледет" в 1996 г. появился только один депутат (Б. Элон из Бейт-Эля), хотя сама партия успешно преодолела электоральный барьер ещё в 1988 г. (и с тех пор Б. Элон - единственный избранный по списку "Моледет" депутат из ЙЕША!) Неожиданный успех ожидал поселенцев именно в МАФДАЛе - партии, которая считалась в ЙЕША умеренной: в 1992 г. их представительство от партии в Кнессете составляло половину (Х. Порат, Ш. Яглом, И. Биби из 6-ти депутатов), а в в 1996 г. - даже больше: 5 (к вышеназванным троим присоединились Ц. Гендель и Н. Смилянски) из 9! Даже после ухода 2-х бывших МАФДАЛников (Ц. Гендель и Х. Порат), представлявших наиболее правое крыло партии, в новосозданную "Ткуму", участвовавшую в общем списке "Ихуд Леуми" (что ликвидировало "синдром 1992 г.), фракция МАФДАЛ осталась главным политическим лобби поселенцев ЙЕША в Кнессете.

    Первым министром, проживающим в ЙЕША, стал Йоэль (Юлий) Эдельштейн (ИБА), житель Алон-Швута и министр абсорбции в 1996-99 гг. Полтора года спустя министром энергетики стал Шаул Ягалом (МАФДАЛ), житель Элькана.

    Однако неправильно было бы искать политическое лобби поселенцев исключительно в Кнессете. В своё время таковыми были общественная организация "Гуш Эмуним" (о ней мы уже говорили в параграфе "Поселения" предыдущего раздела) и её "практическое подразделение" - "Амана"; затем её эстафету приняла "Моэцет ЙЕША" - Совет ЙЕША, в состав которой входят мэры муниципалитетов ЙЕША и некоторые известные общественные деятели. "Моэцет ЙЕША" продемонстрировала свою решимость для лоббирования поселенческих интересов (при разных правительствах), однако вызвала резкую критику среди части поселенцев за относительно низкую эффективность своей деятельности и недостаточную последовательность. Обвинения в непрофессионализме и результаты выборов конца 90-х гг. во многих муниципалитетах ЙЕША привели к значительным переменам в руководстве "Моэцет ЙЕША": ушло большинство старых руководителей, связанных с "Гуш Эмуним" и МАФДАЛем. Новым председателем Совета стал Бени Кашриэль ("Ликуд"), мэр города Маале-Адумим.
     


    IV.3. Институты гражданского общества



    IV.3.1. СМИ и деятели искусства

    Во всём западном мире сила СМИ сегодня столь велика, что зачастую их называют "четвёртой властью" в стране (наряду с законодательной, исполнительной и судебной). Израильская специфика состоит в том, что тот, кто использует этот термин, как правило, подразумевает, что на самом деле СМИ - это первая по силе власть.

    Это израильское явление - результат высокой политизированности общества при столь малых размерах страны. Как же "правит" эта власть, как она использует свою силу?

    В целом СМИ Израиля имеют чётко выраженную тенденцию влево - причём, как правило, тенденцию нескрываемую. Опросы показывают, что по любому из вопросов, беспокоящих израильское общество, взгляды среднестатистического израильского журналиста располагаются не просто левее, а гораздо левее взглядов среднестатистического израильтянина. Среди журналистской элиты не является чем-то из ряда вон выходящим проголосовать, например, за РАКАХ (то есть за партию, получающую менее 1% голосов еврейских избирателей).

    Влияют ли эти взгляды на содержание программ и репортажей? Несомненно. Так, например, Моти Киршенбаум, будучи Генеральным директором Первого Управления Телерадиовещания, сказал в 1996 г.: "Главную свою заслугу я вижу в том вкладе, которые СМИ внесли в мирный процесс" (напомним: речь идёт о процессе Осло, то есть о вопросе, наиболее расколовшем израильское общество). Созданный к 50-летию Израиля телесериал "Ткума" ("Возрождение") имел столь ярко выраженную левую политическую направленность, что отказался работать диктор, читающий текст за кадром. Но наиболее откровенной выглядела позиция СМИ во время последних выборов (май 1999 г.), когда журналист мог в прямом эфире сказать премьер-министру Б. Нетаньягу "Да, я ненавижу тебя". В стране, где есть только два "полновесных" телеканала (то есть канала постоянных передач и репортажей, со сводками новостей, программами актуальности и т. д.) столь единодушная позиция более чем заметна - и, разумеется, влиятельна.

    Организация "Зхут а-Цибур ладаат" ("Право общества Знать") регулярно "замеряла" предоставление экранного и эфирного времени политическим деятелям Израиля в тех или иных программах. Опубликованные результаты были поразительны: на всех телепрограммах из времени, отведённого политикам, 70% (!) предоставляется левому лагерю. Напомним, что почти по любому вопросу лагеря разделены примерно 50%:50%, но надо отметить, что речь идёт только о передачах на иврите; в передачах на арабском языке это соотношение приближается к "победе нокаутом" в пользу левых. Что касается газет, - там, разумеется, труднее перевести картину на сухой язык цифр - однако ситуация и там довольно сходная.

    Кто же является самым заметным в израильских СМИ?

    Начнём с газет. Самыми распространёнными в Израиле ежедневными газетами являются (по степени убывания тиража) "Йедиот Ахаронот", "Маарив", "Га-Арец" и "Га-Цофе" (последняя связана с партией МАФДАЛ и является, по-видимому, последней оставшейся в живых заметной газетой партийного направления). Аналитические статьи в "Га-Арец" принято считать наиболее серьёзными. Весьма влиятельна и главная финансово-экономическая газета Израиля - "Глобс".

    Что касается газет на других языках, то, за исключением арабских, они свободны от левой неуравновешенности. Высокий тираж имеет старейшая газета на английском языке "Jerusalem Post". Из моря русских газет самые читаемые - "Вести" (имеющая скорее правый уклон) и "Новости Недели". Эти газеты связаны с ивритоязычными концернами: "Новости Недели" принадлежат "Маариву", а "Вести" - "Йедиот Ахаронот". Есть несколько газет на арабском языке, среди них самая читаемая - "Аль Кудс".

    Среди печатных СМИ, появившихся "в противовес левому засилью", заслуживают упоминания прежде всего аналитический ежемесячник "Натив" и еженедельная газета "Макор Ришон".

    Практически все крупные газеты имеют свои местные филиалы в каждом городе или хотя бы районе.

    Главные средства радио- и телевещания связаны в Израиле с одним из двух Управлений. Первое управление контролирует 1-ый канал телевидения ("Аруц Ришон") и все радиосети "Коль Исраэль" (в т. ч. редакцию передач на русском языке "РЭКА" и другие неивритские редакции) а также армейскую радиостанцию "Галей ЦАХАЛ" (хотя руководство последней и назначается министром обороны, а работники являются военнослужащими). Кроме того, оно ответственно также за представительство Израиля в зарубежных контактах (например, участие в Конкурсе Евровидения). Формально его работой руководит общественный совет ("Асефа Клалит"), избирающий Комитет Управления ("Ваад Менагель").

    Второе управление контролирует соответственно 2-ой канал телевидения ("Аруц Шени") и местные радиостанции.

    Многочисленные кабельные каналы - сугубо коммерческие и мало "играют в политику".

    Нет постоянных каналов на русском или других языках (есть только отдельные передачи).

    Среди независимых радиостанций есть по крайней мере две значительные: "Аруц Шева" ("7-ой канал"), представляющая поселенцев, и "Коль Хай", связанная с ШАС. Против 7-го канала периодически велась настоящая война, особенно в период министра Шуламит Алони ("Мерец"): радиостанцию пытались закрыть под разными предлогами, главным образом техническими, поэтому радиостанция транслирует свои передачи с корабля, плавающего вне территориальных вод Израиля. Для разрешения вопроса о законности существования этих радиостанций потребовалось слушание в Кнессете и принятие специального законодательства. "Аруц Шева" ведёт и отдельное радиовещание по-русски.

    Если отнести к СМИ и Интернет, - крупнейшими ивритскими сайтами являются "Валла!" (www.walla.co.il), "Нана" (www.nana.co.il) и "Ахла" (www.achla.co.il).

    Длительное общение с политикой и политиками вызывает у некоторых журналистов желание попытать свои силы в политике. Наиболее известным из таких случаев являлся в прошлом Ури Авнери, главный редактор журнала "а-Олам а-Зе", превративший редакцию журнала в партию, участвовавшую в выборах в Кнессет 1965-69 гг., а затем превратившийся в одного из самых левоэкстремистских общественных деятелей страны. Другим бывшим журналистом является лидер "Мерец" Йоси Сарид, министр экологии в правительстве И. Рабина 1993-96 гг., а с лета 1999 г. до лета 2000 г. - министр просвещения в правительстве Э. Барака. Наконец, последним из таких случаев является Йосеф-Томи Лапид, автор постоянной колонки в газете "Маарив" и постоянный участник актуальных телепрограмм, выдвинутый как лидер партии "Шинуй" на выборах 1999 г. и приведший эту партию к неслыханному успеху - 6 мандатов.

    Близкими к журналистским кругам являются и деятели литературы и искусства. Среди них также несомненно существует "крен влево" (как и среди богемной среды в любой стране Запада), оказывающий моральное давление на молодых людей, вступающих в мир искусства. Противостоять этому давлению могут только уже признанные "калибры" мира искусств, поэтому среди людей искусства, известных своими правыми взглядами, есть много звёзд первой величины с международной известностью: актёр Хаим Тополь (известный миру по фильму "скрипач на крыше"), композитор и поэтесса Наоми Шемер (автор "Золотого Иерусалима"), писатель Эфраим Кишон (самый читаемый израильский писатель на Западе), композитор и рок-певец Цвика Пик, самый известный за рубежом израильский художник Яков Агам, а также те, кто уже завоевал популярность в Израиле: Боаз Шараби, Сефи Ривлин, Зеэв Ревах и другие. В последние годы многие из "первого ряда" изменили традиционно левым взглядам своей среды - Шмуэль Виложный, Йегорам Гаон, Йегуда Баркан, Ури Зогар.

    Попытки перейти из мира искусства в мир политики немногочисленны. С 1992 г. членом Кнессета от "Ликуда" является Наоми Блюменталь (сегодня -председатель парламентской комиссии по вопросам алие и абсорбции), в прошлом - актриса театра; ею исчерпывается список "парламентариев от искусства". В муниципалитет Тель-Авива избрался актёр Шмуэль Виложный, а в Иерусалиме - певец Йегорам Гаон (оба - во главе независимых списков).
     

    IV.3.2. "Сохнут"

    "Сохнут"(полное название "Сохнут Йегудит ле-Эрец-Исраэль", т. е. "Еврейское Агентство для Эрец-Исраэль") был основан в 1929 г. в Цюрихе в соответствии с 4-м параграфом мандата, выданного Великобритании Лигой наций как "консультативный общественный орган при британском мандатном правлении, который поможет в экономических, общественных и других вопросах, важных для создания Еврейского Национального Очага и для еврейского населения Эрец-Исраэль". Половину делегатов учредительного съезда составляли представители Всемирной Сионистской Организации (ВСО), а остальные были известными общественными, политическими, научными и культурными еврейскими деятелями разных стран мира (среди них Альберт Эйнштейн и Леон Блюм; наиболее заметным среди "независимых" был представитель США Луи Маршал); первым председатель "Сохнута"стал Хаим Вейцман, бывший одновременно и президентом ВСО. Основатели надеялись создать таким образом некий всемирный еврейский парламент, однако вскоре "Сохнут"сросся с ВСО и превратился в его главный исполнительный орган. В его функции входили следующие вопросы:

  • алия;
  • приобретение земель - для этого в ведение "Сохнута"был переведен Земельный Фонд ("Керен Каемет ле-Исраэль", буквально "Фонд существования Израиля");
  • собирание денег на нужды сионисткой деятельности;
  • представительство еврейского населения Эрец-Исраэль как перед британским правительством, так и перед международными организациями;
  • сельскохозяйственное развитие на основе еврейской рабочей силы;
  • создание и развитие населённых пунктов;
  • поддержка Хаганы.
  • После прочтения этого списка неудивительно, что до создания Государства "Сохнут"выступал как фактическое "правительство в пути". Когда дорога пришла к желаемому финишу, то есть к созданию Государства Израиль, Давид Бен-Гурион, председатель (с 1935 г.) "Сохнута"стал премьер-министром страны, руководитель политического отдела Моше Шарет - министром иностранных дел, начальник финансовой службы Элиэзер Каплан - министром финансов и т. д.

    Хотя Бен-Гурион и после этого продолжал быть председателем "Сохнута", новая ситуация потребовала и нового переопределения функций организации. В 1952 г. был принят закон о статусе "Сохнута", а в 1954 г. - подписано соглашение между правительством Израиля и "Сохнутом", определявшее главную задачу последнего в алие и абсорбции и регламентирующее его отношения с Государством.

    Те временем происходили и серьёзные изменения среди еврейства диаспоры - в частности в 1960 г. был основан "Сохнут США", а затем - некоторых других стран. В связи с этими изменениями в 1971 г. было подписано новое соглашение, структура "Сохнута" была изменена и расширена так, что теперь ВСО принадлежали 50% голосов общего собрания, 30% принадлежали UJA (United Jewish Appeal, на иврите - "Магбит") - организации, объединяющей сборы еврейских пожертвований в США, и 20% - "Керен а-Йесод" ("Фонд Основания"), аналогичный Магбиту в Израиле. Тем самым "Сохнут" ещё более потеряла государственный характер и превратился в широкую международную организацию, связанную особыми отношениями с Государством Израиль.

    Сегодня ответственность "Сохнута" включает в себя следующие направления:

  • Алия в тех случаях (и странах), когда они в такой помощи нуждаются (финансово и т. д.);
      • Помощь в первичной абсорбции новоприбывших (прежде всего - предоставлении первого жилья);
      • Образовательные и учебные неформальные программы среди евреев рассеяния;
      • Некоторые поселенческие проекты.
      Кроме того, "Сохнут" выполнял и специальные проекты - такие, как помощь в реконструкции кварталов бедности ("Шикум а-шхунот") и др.

      "Сохнут"является организацией общественной, но самой политизированной - в смысле связи с партийными структурами. Система выборов представителей строго регламентирована и включает выборы на партийной основе как в самом Израиле, так и в еврейских общинах за рубежом (причём участвовать в выборах на Украине или в Мексике могут только местные "сёстры" израильских партий), причём наиболее существенное представительство - израильское - избирается в соответствии с достижениями партий на последних выборах в Кнессет. В связи с этим представителю правящей партии Израиля гарантирован пост председателя правления "Сохнута" (до следующих выборов); распределение других существенных должностей (главный казначей, председатели отделов и т. д.) также привязано к партийному ключу. О важности этих постов для продолжения политической карьеры можно судить по тому, как многие бывших руководителей "Сохнута" продолжили свою политическую карьеру: так, например, бывший председатель "Сохнута" Аврум Бург сегодня - председатель Кнессета и один из претендентов на лидерство в партии "Авода", а Меир Шитрит, бывший казначей Сохнута, впоследствии стал министром финансов в правительстве Б. Нетаньягу и был одним из трёх претендентов на лидерство в "Ликуде" на праймериз 1999 г.

      Сегодня председатель правления "Сохнута" - Салай Меридор ("Ликуд"), избранный во время правительстве Б. Нетаньягу.
       

      IV.3.3. Профсоюзы

      Главным профсоюзом Израиля является "Гистадрут Клалит" (полное название "а-Гистадрут а-Клалит шел овдим бе-Эрец-Исраэль", т. е. "Общее объединение трудящихся в Эрец-Исраэль") или, сокращённо, "Гистадрут". До 1994 г. "Гистадрут Клалит", несмотря на всеизраильские выборы, был настолько связан с партией "Авода" (или её предшественником - МАПАЙ), что рассматривался партией как ещё один большой филиал власти. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на список Председателей "Гистадрута"(начинающийся с Д. Бен-Гуриона), тогда называвшихся его Генеральными Секретарями.

      "Гистадрут" начал терять свою политическую силу с "переворота" 1977 г. и начала процесса либерализации израильской экономики. Пик кризиса пришёлся на 1992 г., когда тогдашний генеральный секретарь "Гистадрута" Исраэль Кейсар пытался сражаться за пост председателя партии "Авода", но потерпел фиаско в борьбе с И. Рабиным и Ш. Пересом. После него генеральным секретарём "Гистадрута"на два года стал его заместитель, Хаим Габерфельд, однако это уже были другие, трудные для профсоюза времена.

      Трудность была двоякой. С одной стороны, не выдержав конкуренции в условиях развивающегося либерализированного рынка, одна за другой пали финансовые твердыни "Гистадрута"- в частности, под угрозой оказались пенсионные фонды многочисленных работников, только из концерна "Кур" (принадлежащего "Гистадруту") были уволены 22 тысячи человек, обанкротилось страховое агентство "а-Снэ" (по иронии судьбы его название означало "несгораемый куст"), также принадлежащее "Гистадруту", и т. д. Но не менее тяжёлыми оказались вскрывшиеся факты многочисленного и постоянного использования финансов профсоюза некоторыми деятелями партии "Авода" для достижения внутрипартийных целей, что привело к полицейским расследованиям против руководителей "Гистадрута".

      В этих условиях Хаим Рамон, член Кнессета от Аводы, пошёл на экстраординарный шаг. Не согласившись с решением партии поддержать Х. Габерфельда на приближающихся выборах в "Гистадрут", он выставил свою кандидатуру и организовал свой список на профсоюзных выборах - "Хаим хадашим бе-Гистадрут", что формально переводилось как "Новая жизнь в Гистадруте", но учитывая общее для Рамона и Габерфельда имя Хаим можно было услышать это и как "Новый Хаим - в Гистадрут!" В списке участвовали, кроме союзников Рамона из Аводы, также ШАС, "Мерец", "Гешер". Выборы закончились сенсационной победой Рамона и его списка.

      После победы Рамон переименовал "Гистадрут" в "Гистадрут Хадаша" ("Новый Гистадрут"), а пост генерального секретаря - в председателя. Однако воодушевление, с которым была встречена его победа, вскоре угасло. Новый руководитель окончательно развалил экономическую структуру "Гистадрута", однако не смог превратить его в то, чем он, по замыслу, должен был быть: эффективным профсоюзом. В декабре 1995 г. Рамон вернулся в партию "Авода" и занял пост министра внутренних дел в правительстве Ш. Переса; пост председателя перешёл к его заместителю, Амиру Перецу.

      А. Перец (победивший вновь на выборах 1998 г. во главе объединённого списка) неожиданно оказался вовсе не бледной тенью своего предшественника. Будучи убеждённым социалистом, он начал борьбу с экономической политикой правительства Б. Нетаньягу. Главным средством этой борьбы были всеобщие забастовки, серьёзно приостановившие некоторые экономические инициативы правительства. Окрылённый такими успехами, А. Перец в 1999 г. почти повторил поступок Х. Рамона и даже пошёл дальше него: он вышел из Аводы и вместе со своим постоянным конкурентом, представителем сильных "тяжёлых" профсоюзов (авиационной промышленности и др.) Хаимом Кацем создал свою партию "Ам Эхад", которая получила на выборах 2 мандата в Кнессете.

      При правительстве Э. Барака последовал ряд серьёзных забастовок (самая тяжёлая из них - забастовка медицинских работников, длившаяся несколько месяцев), однако инициатива в данном случае исходила уже не от "Гистадрута", а от собственно "отраслевых" профсоюзов; единственным исключением была короткая всеобщая забастовка, объявленная "Гистадрутом" против предложенной правительством налоговой реформы. В целом можно сказать, что руководство "Гистадрута" утрачивает сегодня свои позиции как "крыши для трудящихся", уступая эту роль отраслевым профсоюзам.

      Упомянем и о существовании независимого профсоюзного объединения "а-Овдим а-Леумиим", во главе которого стоит член Кнессета Авраам Гиршзон ("Ликуд"), несравненно уступающему в численности "Гистадрута".

      Наконец, в стране существуют некоторые профессиональные гильдии - например, гильдия адвокатов - со своим уставом и своими собственными интересами, не имеющими практически ничего общего с интересами руководства "Гистадрута".
       

      IV.3.4. Армия

      Солдатам и особенно офицерам действительной службы израильской армии официально запрещено заниматься политической деятельностью - ещё более жёстко, чем чиновникам высшего звена государственного аппарата. Однако никто не может запретить военнослужащим иметь собственные политические взгляды, и тем более - запретить им участвовать в общественной и политической жизни Израиля после демобилизации. Простое перечисление даже только генералов, серьёзно вошедших в политику с 60-х гг., впечатляет: Моше Даян ("Авода", затем "Телем"), Ицхак Рабин ("Авода"), Игал Ядин (ДАШ), Ариэль Шарон ("Ликуд"), Рехавъам Зеэви ("Моледет"), Эзер Вейцман ("Ликуд", затем "Авода"), Хаим Герцог ("Авода"), Шломо Лахат ("Ликуд"), Дан Шомрон ("Третий путь"), Йегошуа Саги ("Ликуд"), Мататьягу Пелед ("Прогрессивный список за мир"), Йоси Пелед ("Ликуд", затем "Исраэль Ахат"), Мота Гур ("Авода"), Рафаэль Эйтан ("Цомет"), Амрам Мицнэ ("Авода"), Ицик Мордехай ("Ликуд", затем Партия Центра), Эхуд Барак ("Авода"), Амнон Липкин-Шахак (Партия Центра), Матан Вильнаи ("Исраэль Ахат"). Из начальников генерального штаба (указанного периода) в этом списке не хватает только двух (Д. Эльазара и М. Леви), зато есть два премьер-министра, в том числе нынешний глава правительства (включивший в своё правительство 4-х генералов) и два президента страны. Особое представительство в израильской элите (в т. ч. политической) занимают бывшие офицеры "Сайерет МАТКАЛ" (спецподразделение Генерального Штаба, используемое для проведения особых операций); к их числу принадлежат, в частности, два последних премьера.

      Разумеется, главная причина этого явления состоит в повышенном (по сравнению с другими западными странами) внимании общества к проблемам безопасности, вследствие чего высшие офицеры чаще появляются в СМИ, на встречах с политическим руководством и экономической элитой и т. д. - а это, в свою очередь, загодя обеспечивает им и популярность в общественном мнении, и необходимые для политической карьеры связи. Так что, особенно на фоне вышеприведенных данных, утверждения о полной неполитизированности армии выглядят несколько наивно. Столь же наивно было бы предполагать, будто политические взгляды и партийные пристрастия появляются у боевых офицеров только после того как они снимают военную форму. Так что естественно было бы спросить: в какой же степени влияют несомненно существующие политические взгляды высших офицеров на их деятельность в ЦАХАЛе?

      В целом можно сказать, что армейское руководство всеми силами старается сохранить внешний нейтралитет. В армии нет (и не может быть) отделений какой-либо из партий или общественно-политических движений. Офицеры, как правило, не позволяют себе высказываний явно политического характера (за или против той или иной партии, например), а если интервьюируются в СМИ, то стараются держаться в профессиональных рамках, не критикуют действия политического руководства и подчёркивают, что выполняют его указания. Из беглого рассмотрения вышеприведенного списка отставных генералов в политике можно увидеть, что они представляют широкий спектр взглядов в израильской политике.

      И всё-таки необходимо сделать несколько замечаний, нарушающих общую радужность нарисованной выше картины:

      Продвижение генерала по служебной лестнице существенно зависит не только от его профессиональных успехов, но и от того, насколько он "принят" в высшем офицерском обществе. Это приводит к тому, что гетерогенность израильской армии существенно падает при движении "наверх": так, например, при непропорционально высоком числе офицеров в вязаных кипах только один из них - Яков Амидрор - получил генеральское звание (мы не учитываем военных раввинов, также имеющих офицерские звания). Трудно поверить, что такая статистика случайна.

      В деятельность ЦАХАЛа (особенно при работе с новобранцами) входит "воспитательная работа", которая включает лекции, встречи и т. д. Выбор таковых осуществляется военным начальством - и не существует независимого контроля за уравновешенным составом лекторов и т. д.

      Одно из подразделений израильской армии - радиостанция "Галей ЦАХАЛ" ("Волны ЦАХАЛа"), являющаяся одной из главнейших структур СМИ Израиля. Поскольку сотрудники "Галей ЦАХАЛ" являются военнослужащими, они на этой службе выполняют приказы руководства, принадлежащего к журналистской элите Израиля и, как правило, разделяющего господствующие в этой элите взгляды.

      Если же говорить о сравнении "левые-правые", то в целом можно сказать, что ситуация в армии противоположна ситуации среди деятелей искусств: если среди последних только "звёзды" могут позволить себе иметь правые взгляды, среди офицеров правые взгляды становятся "немодными" на этапе приближения к генералитету.
       

      IV.3.5. Бизнесмены

      Крупные израильские бизнесмены не вовлечены в политику так, как это происходит в странах переходной экономики, но при этом их связи с политическом миром весьма существенны. Происходит это в силу общей политизации израильского общества и необходимости субсидирования не только избирательных кампаний (размеры пожертвований строго регламентированы законом), но и "вспомогательной деятельности" общественных организаций и т. д.

      Можно было бы предположить, что бизнесмены в своей массе стабильно поддерживают партии, последовательно выступающие за рыночную экономику ("Ликуд" и "Шинуй"). Однако реальность сложнее: во-первых, свою роль играет происхождение (и, следовательно, сложившиеся общественные связи) конкретного бизнесмена; а во-вторых, многие из них находятся в прочных деловых отношениях с экономическими структурами, поддерживаемыми государством (киббуцами, предприятиями "Гистадрута", государственными монопольными кампаниями) и заинтересованы как раз в стабильности последних. Иначе говоря, вряд ли можно говорить сегодня об общности политических интересов израильских бизнесменов - и, как следствие, об их целенаправленном лобби; на практике каждый конкретный бизнесмен определяет, исходя из субъективных параметров, собственные политические пристрастия.

      Израильские бизнесмены оказывают также концентрированное влияние на экономическую политику правительства через ряд объединений. Наиболее влиятельными из них являются:

      • Объединение израильских промышленников ("Гитъахдут а-Таасияним бе-Исраэль", английская аббревиатура MAI - Manufacturers Association of Israel), объединяющее 1700 руководителей промышленных предприятий. Во главе его стоят: Президент - Одед Тира, Генеральный директор - Йорам Белизовски.
      • Объединение коммерческих структур ("Игуд лишкот а-Мисхар", английская аббревиатура FICC - Federation of Israeli Chambers of Commerce) - в его деятельности участвуют 5000 компаний. Президент - Дани Гилерман, Генеральный директор - Айк Абарбанель.
      Эти организации имеют свои собственные сложные разветвлённые структуры, включающие серьёзные исследовательские подразделения. Их заключения и мнения весьма серьёзно учитываются правительством.

      Другие объединения "влияют по профилю": например, точка зрения Объединения строительных подрядчиков ("Гитъахдут а-Кабланим") весьма существенна для Министерства строительства, Объединения владельцев отелей ("Гитъахдут а-Мелонаим") - для Министерства туризма, и т. д.
       

      IV.3.6. Академия

      Несмотря на свою общественную и численную значимость в стране, израильские академические круги (как организованная сила) не являются существенным политическим фактором. В то же время эти круги традиционно не только обеспечивали и обеспечивают академический фон для политических баталий, но и поставляют наиболее ультимативных выразителей идей различных лагерей - таких, как Йешаягу Лейбович и Аса Кашер для левого лагеря, Исраэль Эльдад - для правого, Ави Равицкий - для "Меймада" и др.

      Время от времени в различных партиях появляются группы "академаим" (т. е. лиц с высшим образованием"), ставящие целью не столько интеллектуализировать партию, сколько помочь поддержке её платформы со стороны широких академических кругов. Достаточно известна "группа 77", появившаяся в партии "Авода" после "переворота" 1977 г., когда партия потеряла власть.

      В целом, с известными персональными оговорками, можно сказать, что большинство гуманитарных академических кругов поддерживает левый лагерь, а естественнонаучных - правый. А поскольку в силу естественных причин первые имеют гораздо больший доступ к СМИ, - это порождает известны оптический обман и даже обвинение в "засилье левых в академии". Между тем изучение списка депутатов Кнессета - профессоров и докторов наук показывает, что такой перекос иллюзорен в силу причин гуманитарно-естественнонаучной поляризации, упомянутой выше. Если проследить, например, составы Кнессета последних 10 лет, то наиболее значительных политических успехов достигли следующие профессора-депутаты:

      • Моше Аренс ("Ликуд") - профессор аэродинамики, министр обороны в 1990-92 и в 1999 г.;
      • Бени Бегин ("Ликуд") - геолог, министр науки 1996-97 гг.;
      • Йоси Бейлин ("Авода") - историк (современного Израиля), министр юстиции нынешнего правительства;
      • Шломо Бен-Ами ("Исраэль Ахат") - историк, министр иностранных дел;
      • Азми Бшара (БАЛАД) - доктор философии, лидер списка БАЛАД;
      • ВикторБраиловский ("Шинуй") - профессор прикладной математики, депутат Кнессета с 1999 г.;
      • Шевах Вайс ("Авода") - профессор юриспруденции, председатель Кнессета в 1992-96 гг.;
      • Шаул Гутман ("Моледет") - профессор электроники (и мировой авторитет), глава фракции "Ямин Исраэль";
      • Узи Ландау ("Ликуд") - прикладной математик (исследование операций), председатель комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне в 1996-99 гг., сегодня - председатель парламентской комиссии по государственному контролю;
      • Давид Либаи ("Авода") - профессор юриспруденции, министр юстиции в 1992-96 гг.;
      • Алекс Лубоцки ("Третий путь") - крупный израильский математик, один из создателей "Третьего Пути" и член Кнессета в 1996-99 гг.;
      • Юваль Неэман ("Тхия") - крупнейший из израильских физиков, министр науки 1990-92 гг.;
      • Михаил Нудельман (НДИ) - профессор экономики, председатель парламентской комиссии по науке и технологии в 1997-99 гг.;
      • Амнон Рубинштейн ("Шинуй") - профессор юриспруденции, министр просвещения в 1993-96 гг.;
      • Эфраим Снэ ("Авода") - доктор медицины, министр здравоохранения в 1992-96 гг. и заместитель министра обороны в нынешнем правительстве;
      • Марина Солодкина (ИБА) - доктор социально-экономической истории, депутат Кнессета с 1996 г.; была заместителем министра абсорбции в 1999-2000 гг.
      • Ахмед Тиби (БАЛАД) - доктор медицины (гинеколог), в прошлом - советник Я. Арафата;
      • Наоми Хазан ("Мерец") - профессор политиологии (африканистика), депутат Кнессета с 1992 г.;
      • Авнер Шаки (МАФДАЛ) - профессор еврейского права, лидер МАФДАЛа в 1988 г. и министр в правительстве И. Шамира;
      • Яир Шпринцак ("Моледет") - профессор химии, депутат Кнессета до 1992 г.;
      • Юваль Штайниц ("Ликуд") - профессор философии, многие из книг которого переводились; депутат Кнессета с 1999 г.;
      • Юрий Штерн (НДИ) - доктор экономики, депутат Кнессета с 1996 г., председатель парламентской группы по связям с Россией.
      Как можно видеть, список этот не даёт "преимущества" правым или левым, но указывает на явную корреляцию, о которой мы говорили выше: тяготение представителей естественнонаучных дисциплин вправо, а гуманитарных - влево (что становится ещё более очевидно при рассмотрении "персональных дел").

      Среди академических инициатив, предпринятых в последние годы и имеющих значение для общественно-политической мысли, следует отметить открытый в 1994 г. институт "Мерказ Шалем", во главе которого стоит доктор Йорам Хазони. Институт этот занимается исследованиями на темы современного Израиля и еврейской истории и выпускает неординарные публикации национального направления, обещающие, судя по всему, оказать значительное влияние на общественно-политическую атмосферу в Израиле.
       

      IV.3.7. Школа

      На первый взгляд трудно предположить, что школьное образование может быть объектом изучения при рассмотрении политических процессов. Однако в Израиле это так.

      После создания Государства Израиль потребовалось привести в единую систему существовавшие в стране многочисленные школы. Школы эти были разные - и не только по программам, учителям и педагогическим подходам. Было также множество школ с ярко выраженной идеологией, идентифицированной с одним из политических течений в ишуве:

      • школы, связанные с тем или иным направлением Рабочего движения (действовавшие, в частности, во всех киббуцах);
      • школы движения "Мизрахи", т. е. религиозно-сионистские;
      • харедимные школы.
      Родители, отдававшие детей в эти школы, считали необходимым воспитывать детей в "правильном" (в своём понимании) духе, то есть в школе с соответствующей идеологией.

      В результате Министерство образования создало три отдельных управления для трёх направлений ("зрамим"), т. е. трёх школьных систем:

      • "Зерем Клали" - общее направление;
      • "Зерем Овдим" - школы социалистической идеологии;
      • "Зерем Мизрахи" - школы религиозно-сионистские.
      (Харедимные школы не были государственными и, соответственно, сэкономили тогда Министерству образования расходы на содержания четвёртого управления.)

      В школах общего направления обучалась примерно половина всех школьников; рабочее и религиозно-сионистское направление были примерно равны по численности.

      Но и внутри этих систем существовали идеологические различия - поскольку существовали они и среди взрослых, посылавших в соответствующие школы своих детей. Так что ситуация в школе грозила пройти ускоренный процесс "балканизации" параллельно Кнессету. Процесс этот был остановлен в 1953 г., когда "Зерем Овдим" было ликвидировано (как структура). Отныне все израильские школьники, чьи родители предпочитали нерелигиозное воспитание, учились в общегосударственных школах. Для детей из религиозных семей "Зерем Мизрахи" было преобразовано в ХЕМЕД - "Хинух Мамлахти Дати" ("Государственно-религиозное образование"). Связь государственных школ с партийной структурой была прервана. Программа всех государственных школ (религиозных и светских) была унифицирована (за исключением, разумеется., преподавания ТАНАХа и религиозных предметов). Исключение составляли только харедимные (частные) школы.

      И тем не менее период "направлений" не прошёл бесследно. В частности, в школах "рабочего направления" (то есть там, где учились дети большинства тогдашнего руководства и, соответственно, большинство руководства будущего), педагогическая система была построена на кадрах, идеологически солидаризировавшихся даже не с МАПАЙ или "Ахдут Авода", а с гораздо более левой идеологией МАПАМ или левыми интеллектуалами из несионистского движения "Брит Шалом" ("Союз мира"). Последствия этой идеологической обработки стали ясны только спустя поколение или даже два - хотя многие уже тогда ясно видели "разгорание классовой борьбы" в израильской школе (в частности, сам Бен-Гурион послал своих детей учиться в общие школы, а не в в социалистические).

      В 1953 г. казалось, что школьные проблемы ушли из израильской политики навсегда.

      С тех пор прошло полвека, и сегодня ситуация выглядит несколько менее упрощённо, чем в 1953 г. Кнессет вновь обсуждает, что происходит в школах. Отметим здесь наиболее существенные, на наш взгляд, из поднимаемых проблем:

      • Появились частные нехаредимные школы, требующие признать их и уравнять в правах с государственными (получение формального признания от Министерства просвещения занимает длительное время и зависит от волюнтаризма местного чиновника);
      • Многие харедимные школы получили "признание", то есть, продолжая оставаться негосударственными, тем не менее получают от государства деньги на зарплату учителей и т. д. Представители этих школ считают, что они подвергаются дискриминации в размерах правительственной помощи. Противники же харедимного образования считают, что таковая вообще не должна им предоставляться.
      • Особое место занимает школьная система "Эль а-Мааян" ("К источнику"), созданная партией ШАС и послужившая партии мощным электоральным источником. Представители "Эль а-Мааян" утверждают, что система действует в основном в тех "неблагополучных" местах, где государственные школы потерпели поражение, и тем самым спасает детей от социальных проблем. При этом, будучи харедимной по определению, система "Эль а-Мааян" не получает той помощи, которую получают параллельные ей государственные школы. Противники же "Эль а-Мааян" эмоционально возражают, что школы эти занимаются промывкой мозгов, и что финансовый контроль за их деятельностью производился крайне неаккуратно. Всякий, кто захочет составить правительственную коалицию с ШАС или получить голоса её депутатов при обсуждении бюджета, должен будет в первую очередь начать с изучения потребностей "Эль а-Мааян".
      • Появились школы типа "масорати"; некоторые видят в них возможность ответа "Эль а-Мааян" и предлагают првератить их во всеизраильскую систему ("зерем");
      • Появились требования приватизации среднего школьного образования - по крайней мере частичной.
      • Министр просвещения Йоси Сарид ("Мерец") впервые решил непосредственно вмешаться в чисто профессиональный вопрос - составление учебных программ - приказав включить в программу по литературе произведения арабского поэта Махмуда Дервиша, призывавшего к полному изгнанию евреев.
      • В арабском секторе (чьи школы относятся к общему типу) появились требования государственной финансовой поддержки на создание и функционирование чисто мусульманских школ, а также обязательного преподавания ислама;
      • Большую критику вызвало требование Министерства просвещения об обязательном изучении в школе "Духовного наследия Рабина": хотя не вполне понятно, о каком духовном наследии человека, не написавшего ни одной книги, можно говорить, тем не менее ясно, что речь идёт о воспитании в духе идеологии, с которой не согласна примерно половина народа (если не больше).
      IV.4. Общественные организации

      В израильской общественной жизни большую роль играют общественные организации (на иврите - "амутот"). В этой главе мы собрали информацию о тех из них, которые оказывают заметное влияние на политический климат в стране. Разумеется, сделанный нами отбор достаточно субъективен, так как в основе понятия "влияния" лежит информация об организациях, поступающая из СМИ. С другой стороны, - если общественная организация преследует политические цели, - что может быть более объективным критерием её успеха, чем появление в СМИ?

      Мы также воздерживаемся, как правило, от указания численности организаций, так как данные на этот счёт весьма ненадёжны.
       

      IV.4.1. Левые

      Обзор левых общественных организаций в Израиле, несомненно, следует начать с движения "Шалом Ахшав" ("Мир сегодня", "Peace Now") - не только самой крупной, но и самой "громкой" из левых организаций в стране . Движение появилось в 1978 г., когда группа левонастроенных офицеров запаса ЦАХАЛа направила письмо премьер-министру М. Бегину. В письме выражалась поддержка продолжения мирного процесса, несовместимого, по мнению авторов письма, с продолжением израильского контроля (оккупации - в терминологии "Шалом Ахшав") в ЙЕША. Организация начала широкую работу "в массах" (включая, например, массовые демонстрации) в дни Ливанской войны 1982 г., что привело к обвинениям в адрес "Шалом Ахшав" со стороны правых кругов в предательстве, так как демонстрации проходили непосредственно во время боевых действий.

      Если изучить первоначальную платформу организации ("5 принципов"), то она выглядела достаточно умеренной: например, в ней говорилось не о создании палестинского государства, а о необходимости "признания Израилем права палестинцев на национальное существование"; Иерусалим, согласно этой программе, должен был остаться "неделимой столицей Израиля". Однако по мере сдвига влево партии "Авода" сдвигалась влево и неписанная доктрина "Шалом Ахшав", стремительно приближаясь к требованиям ООП ("поскольку иначе палестинцы не согласятся").

      Впрочем, "Шалом Ахшав" имел непосредственное отношение и к самому сдвигу влево в "Аводе". Начиная с середины 80-х гг. активисты организации задумывались о вхождении в активную политику (в 1984 г. даже рассматривали вопрос об участии в выборах в Кнессет в качестве независимого списка). Первым таким "прорывом" стало избрание в Кнессет от "Аводы" (точнее, по списку "Маарах") Аврума Бурга (сына Йосефа Бурга, лидера МАФДАЛ и министра внутренних дел в правительстве Бегина), одного из лидеров "Шалом Ахшав", что резко усилило левое крыло партии. Другой активист движения, Яэль Даян (дочь Моше Даяна), стала членом Кнессета от "Аводы" с 1992 г. Однако подлинным "домом" для лидеров "Шалом Ахшав" в большой политике стал блок, а впоследствии партия Мерец, большинство руководителей которой (включая первого председателя партии Шуламит Алони, министра культуры в правительстве И. Рабина) идентифицировали себя с движением. В частности, в нынешний Кнессет (15-го созыва) были избраны от "Мерец" двое из руководителей "Шалом Ахшав": Муси Раз (на момент выборов - Генеральный секретарь движения) и Захава Гальон.

      Сегодня Генеральный секретарь "Шалом Ахшав" - Габи Ласки.

      Упомянем также небольшую группу интеллектуалов, группирующихся вокруг публициста Амнона Лорда, участвовавших в создании "Шалом Ахшав" и принимавших активное участие в его массовой деятельности, однако впоследствии разочаровавшихся в капитуляции, по их словам, движения перед левым экстремизмом, и подвергших движение резкой критике. Один из них, известный философ Юваль Штайниц, в 1999 г. был избран в Кнессет по списку "Ликуда".

      Отметим, что партийно-политическая активность лидеров "Шалом Ахшав" - явление исключительное в практике израильских общественных организаций, никакая другая из которых не "делегировала" столь большое число активистов в большую политику.

      В свете этого опыта как некоторую попытку построить "снизу" будущую политическую элиту Израиля можно рассматривать движение "Дор шалем дореш Шалом" ("Целое поколение требует мира"), созданное вскоре после убийства премьер-министра И. Рабина в ноябре 1995 г. на волне молодёжной инициативы и солидарности с убитым. Во главе движения стал Юваль Рабин (сын покойного премьер-министра) - как полагали многие, для подготовки его будущей политической карьеры. Обладая значительными средствами, движение начало широкий "поход в массы", крупнейшим успехом которого стали муниципальные выборы 1998 г., когда представители "Дор шалем" провели своих представителей в 7 муниципалитетов (в т. ч. в таких крупных городах, как Тель-Авив, Хайфа и Ашдод). За этим последовал успех на выборах в студенческие советы израильских университетов, вслед за чем активность движения несколько снизилась.

      От других левых организаций "Дор шалем" отличается тем, что его деятельность сочетает умеренно левые политические лозунги с работой социальной.

      "Моаца ле-Шалом у-Витахон" ("Совет ради мира и безопасности") объединяет несколько сот отставных офицеров ЦАХАЛа (а также некоторых бывших государствеенных деятелей), разделяющих левые взгляды. Активность организации, созданной в 1988 г. в преддверии парламентских выборов, носит "сезонный" характер: её многочисленные материалы появляются, как правило, в период перед выборами в Кнессет, и звучат в унисон с предвыборной программой партии "Авода". Генеральный директор "Совета мира и безопасности" - Эфраим Тиволи, подполковник полиции в отставке.

      "Бе-Целем" (буквально "По образу"; слова взяты из фразы в Библии "... и Сотворил человека ПО ОБРАЗУ Б-жественному") был создан в 1988 г. Деди Цукером, членом Кнессета от Мерец, и занимался рассмотрением случаев нарушения прав человека со стороны израильской армии и полиции по отношению к арабскому населению ЙЕША. В 1993 г. после представленного отчёта "Бе-Целем" Генеральный штаб ЦАХАЛа назначил комиссию для проверки приведенных в отчёте фактов. Следующие отчёты организации имели значительно меньший общественный эффект.

      В 1995-96 г. "Бе-Целем" пытался заниматься нарушениями прав человека со стороны палестинских служб безопасности, однако наткнулся со стороны последних на полный отказ сотрудничать и даже на прямые угрозы, в результате чего деятельность организации резко сократилась. Сегодня директор организации - Джессика Монтель.

      Среди более левых групп следует отметить "Нашим бе-шахор" ("Женщины в чёрном", "Women In Black"). Эта женское движение появилось в 1988 г. в Израиле и должно было выразить "женский протест" (т. е. немилитаристский, ненасильственный) против израильской политики в ЙЕША. Вслед за этим появилась и международная сеть "Женщин в чёрном" (чёрный цвет - знак траура) после того как аналогичные организации появились последовательно в Италии, Англии, бывшей Югославии, Турции, США и других странах - случай уникальный. Эти организации проводят свои ежегодные международные конференции в разных странах мира.

      "Нашим бе-шахор" не являются организацией в формальном смысле, т. е. не зарегистрированы как "амута" и даже не имеют своего председателя и т. д. Неформальный лидер - Гила Свирски, написавшая книгу о своём движении.

      Наиболее заметной израильской формой активности "Нашим бе-шахор" являются еженедельные демонстрации (каждую пятницу) на площади Кикар а-Царфат в Иерусалиме с участием 60-70 женщин, а также в некоторых других точках Израиля. "Женщины в чёрном" проводили также демонстрации против американских бомбёжек в Ираке и против сербской политики на Балканах.

      Весь израильский общественный спектр обходит слева "Гуш Шалом" ("Блок мира"), созданный в 1992 г. ультра-левым публицистом Ури Авнери, бывшим членом Кнессета. Поводом для создания организации была высылка премьер-министром И. Рабиным 415 членов "Хамаса" после серии террористических актов и убийств, совершённых этой организацией. У. Авнери нашёл, что правительство Рабина недостаточно левое, и создал новую организацию.

      "Гуш Шалом" полностью солидаризируется с ООП; более того, его позиция зачастую неотличима от позиции других организаций, по сравнению с которыми ООП выглядит более чем умеренной. Среди его акций выделяется, например, призыв к бойкоту еврейских предприятий в ЙЕША, печально напомнивший другие антиеврейские бойкоты в недавнем прошлом. Трудно припомнить случай, чтобы "Гуш Шалом" критиковал какие-либо действия палестинской стороны.
       

      IV.4.1. Правые

      Логично начать описание правых общественных организаций в стране с "Мате Маавак" ("Штаб борьбы"), который, собственно, является не организацией, а "крышей" для многочисленных организаций, идентифицирующих себя с национальным лагерем. "Штаб" появился в первые дни процесса Осло в 1993 г., когда общественным силам в правом лагере было необходимо объединить усилия по борьбе с начавшимся процессом (отсюда и название). "Мате Маавак" организовал, возможно, самые массовые демонстрации в истории Израиля (хотя это трудно доказать документально, так как число участников демонстраций можно только оценить, но не вычислить точно) и распространил огромное количество пропагандистских материалов; в те дни во главе его стоял Ури Ариэль, генеральный директор "Моэцет ЙЕША". С тех пор руководство "Мате Маавак" периодически меняется от демонстрации к демонстрации.

      Однако многие среди противников политики правительства считали, что деятельность "Мате Маавак" недостаточно эффективна, и искали новые методы борьбы. Для реализации этих методов Моше Фейглин вместе с Шмуэлем Сакетом и р. Бени Элоном создал организацию "Зу арцену" ("Это наша земля"), первой сферой деятельности которой были "операции удвоения" в 1993-95 гг., заключавшиеся в том, что жители одного за другим поселений в ЙЕША ставили караваны за оградой поселений и пытались селиться в них; несмотря на то что армия реагировала мгновенно и пресекала такие попытки в зародыше, с точки зрения основателей было важно создать эффект "снежного кома". Журналисты были ошарашены, когда оказалось, что вся эта деятельность велась организацией, сосредоточенной... в одной комнате с двумя компьютерами. Однако в дальнейшем им пришлось удивиться ещё больше, когда "Зу арцену" смогла организовать демонстрации нового типа, сопровождавшиеся перекрытием шоссе, блокированием районов правительственных учреждений - и всё это в рамках "пассивного сопротивления" (активисты выходили на демонстрации с поднятыми руками, обмотанными полотенцами, и выражали полную готовность быть арестованными), что приводило к истерической реакции со стороны израильской полиции.

      Несколько слов о дальнейшей судьбе лидеров движения. Б. Элон был избран в 1996 г. в Кнессет от "Моледет" (и стал одним из самых заметных парламентариев Кнессета 14-го созыва), а в 1999 г. - от "Ихуд Леуми" (и стал председателем парламентской фракции). М. Фейглин ("человек, остановивший страну", по выражению журналистов) оставил было общественно-политическую деятельность, однако в 2000 г. вернулся к ней, неожиданно объявив о своём желании баллотироваться на пост председателя "Ликуда".

      Перейдём к организациям более "секториальным". "Хуг а-Профессорим лемаан хосен битхони ве-калкали" (обычно переводится как "Профессора за сильный Израиль", "Professors for Strong Israel") является на сегодня самой крупной общественно-политической организацией в среде израильской академии. Её целью является формирование интеллектуального облика национального лагеря в Израиле. Организация появилась в 1988 г. как реакция на волну "пост-сионистских" публикаций; сегодня в её деятельности участвуют около тысячи (!) израильских учёных (большинство из них представляет естественные науки, хотя есть и исключения). Во главе "Хуг а-Профессорим" стоит профессор Эли Полак; один из руководителей, профессор Исраэль Ханукогло, был советником премьер-министра Б. Нетаньягу по вопросам науки и академии.

      В деятельности "Хуг а-Профессорим" принимает большое число русскоязычных учёных - членами его руководства являются, например, профессор Гари Квенцель, профессор Михаэль Энтов, профессор Михаэль Гинзбург и другие.

      Если мы уже говорим о выходцах из СНГ, среди созданных ими многочисленных организаций отметим аналитическую группу "Маоф" ("Взлёт") под председательством Александра Неизвестного. Организация занимается в основном разработкой публицистических материалов и пропагандой идеологии национального лагеря среди выходцев из СНГ.

      "Нашим бе-ярок" ("Женщины в зелёном", "Women in Green") появилась в 1993 г. сразу после подписания первых соглашений Осло. Название организации (изначально она называлась "Нашим лемаан а-Махар", то есть "Женщины в борьбе за завтрашний день", "Women for Israel's Tomorrow") должно было, естественно, перекликается с вышеуказанной левой группой "Женщины в чёрном" (зелёный цвет жизни вместе чёрного - смерти), однако её деятельность гораздо заметнее и включает массовые активные мероприятия (демонстрации и др.) с исключительным участием женщин, что придаёт проводимым "Нашим бе-ярок" акциям особое значение. Сопредседатели - Рут и Надя Матар (мать и дочь).

      Наконец, упомянем и о движении "Неэманей гар а-Баит" ("Верные Храмовой горе"), созданном в 1970 г. Гершоном Соломоном и им же возглавляемом. Дело в том, что несмотря на результаты Шестидневной войны, правительство Израиля решило передать функции управления территорией Храмовой горы (где три тысячи лет назад стоял Первый, а две тысячи лет назад - Второй Иерусалимский Храм) мусульманскому вакфу. Это на первый взгляд странное решение было продиктовано двумя соображениями: с одной стороны, желанием продемонстрировать стремление израильского правительства сохранять религиозные святыни и уважать чувства всех религий (на Храмовой горе находится особо значимая для мусульман мечеть Аль-Акса) - с другой стороны, мнением многих еврейских религиозных авторитетов, по которому евреям нельзя ступать на Храмовую гору до восстановления Храма.

      Так или иначе, на практике это привело к тому, что мусульманские власти немедленно запретили вход на территорию Храмовой горы всем религиозным (или выглядящим как религиозные) евреям; полиция не пропустит на Храмовую гору еврея в кипе или с молитвенником (хотя не сделает никаких ограничений для христианского священника и т. д.) "Неэманей гар а-Баит" пытаются бороться с этой ситуацией как подачей апелляций в Верховный Суд, так и демонстративными шествиями в Старом Городе по направлению к Храмовой Горе и т. д.
       

      IV.4.3 Центристские и неполитические

      Некоторое количество общественных организаций в Израиле трудно квалифицировать как правые или левые.

      К таким относится, например, "Мабат ле-Шалом" ("Взгляд на мир", "Peace Watch"), созданный в ноябре 1993 г. для объективного наблюдения за мирным процессом и проверкой его выполнения обеими сторонами. В его состав вошли представители различных направлений общественно-полититической мысли в Израиле, преимущественно примыкающих к центру. Директором "Мабат ле-Шалом" стал профессор Дан Полисар.

      Организация опубликовала несколько отчётов, наиболее известным из которых стал отчёт 1996 г., содержавший суровую критику нарущений соглашений со стороны Палестинской Автономии. В отчёте указывались и израильские нарушения, однако они носили преимущественно экономический характер, в то время как перечень нарушений со стороны палестинцев включал пропаганду террора палестинскими руководителями в СМИ; невыдачу преступников, совершивших террористические акты; сохранение в силе Палестинской Хартии, призывающей к уничтодению Израиля; неразоружение вооружённых формирований и т. п. Директор - Роберт Ланг.

      "Тнуа ле-Эйхут а-Шилтон" ("Движение за качество власти", "Movement for Quality Government") появилась во время парламентского кризиса в марте 1990 г. после попытки партии "Авода" под руководством Ш. Переса "свалить" правительство И. Шамира при помощи харедимных партий и "персонально недовольных" в правящей коалиции (эта попытка вошла в историю как "таргил масриах", т. е. "вонючий трюк", по выражению И. Рабина). Первой акцией Движения стали проводимые перед Кнессетом демонстрации под лозунгом "Мушхатим, ниъмастем!" ("Коррумпированные, вы нам надоели!")

      За 10 лет своего существования Движение, члены которого в своём большинстве связаны с юриспруденцией, постепенно превратилось в мощную группу оказания давления на правительственные круги в случаях, выглядящих сомнительно с точки зрения не только буквы, но и духа законодательства и общественной морали. Пути для достижения этой цели "Движение за качество власти" находит в основном в судебной сфере (апелляции в Верховный Суд, обращения к юридическим советникам правительства и правительственных учреждений и др.) Среди его многочисленных и весомых достижений в самой атмосфере политической жизни в Израиле следует отметить, в первую очередь, изменение отношения общества к межпартийным коалиционным соглашениям как "внутреннему делу Кнессета", уменьшение выделения денег на партийные нужды, предъявление более строгих требований к кандидатам на высокие общественные назначения. За последний год, например, "Движение" добилось открытия расследования против (теперь уже бывшего) президента Э. Вейцмана по поводу подозрений в незаконном получении крупных денежных сумм, потребовало отставки секретаря правительства И. Герцога, так как он оказался замешан в деле об общественных организациях, незаконно действовавших (согласно расследуемым полицией подозрениям) в пользу избрания Э. Барака на пост премьер-министра, добилось роспуска общественного совета Второго Управления Телерадиовещания (так как таковой был составлен правительством без участия общественных структур, как того требует закон), боролось против расширения правительства летом 1999 г. до 24 министров (действовавший закон предусматривал максимум 18 министров). Движение неоднократно демонстрировало свою политическую независимость - действуя против неправомочных, с его точки зрения, действий правительства - как Б. Нетаньягу, так и Э. Барака.

      Председатель движения - адвокат Элиад Шрага.

      Основанный в 1988 г. "Форум Циони" (полное название - "Сионистский Форум советского еврейства", английская аббревиатура - SJZF, Soviet Jewry Zionist Forum) является крупнейшей организацией выходцев из СССР - СНГ; согласно официальным данным, в нём зарегистрировано около 50-ти тысяч персональных членов и около 60-ти коллективных членов (организаций). Первым президентом Форума был Натан Щаранский, последовательно переизбиравшийся на этот пост в 1989, 91, 93 и 95 гг. и построивший в значительной степени именно на базе Форума свою организационную структуру, которая привела его в Кнессет и в кресло министра. В 1996 г. он ушёл с поста Президента Форума и передал этот пост Р. Бронфману, после чего позиции Форума стали слабеть. На выборах в мае 1998 г., проходивших в условиях острой конкуренции, президентом стал Йосеф Менделевич, но и он ушёл в отставку через 2 года.

      На 1.9.2000 исполняющий обязанности Президента - Виталий Вовнобой. Главная деятельность Форума - социальные проекты, направленные на вхождение репатриантов из СНГ в израильское общество, и отстаивание интересов репатриантов в различных общественных и государственных инстанциях.